Музейный патруль

В Риме открыли для публики самую большую настенную мозаику римского мира. Вернее, то, что от неё осталось на площади 160 квадратных метров. Называется «Муза и философ». Рядом фреска «Расписной город». Что это за город, никто не знает, но если он существовал, то был очень важным. Самое интересное, что обе вещи сделаны в I веке, а лежат они под термами Траяна, открытыми в 109 году. То есть мозаика старше бань, под которыми её нашли. Римляне замуровали шедевр, чтобы построить баню. Когда Траян строил свой банный комплекс на шесть гектаров, старые здания просто стали частью основания нового. И, судя по всему, часть смальты из мозаики растащили на стройматериалы. Ни у кого не дрогнула рука. Фреску нашли в 1998-м, мозаику раскапывают с 2011-го. На расчистку и реставрацию ушло тридцать лет, и работа не закончена: археологи признаются, что до сих пор не нашли, где мозаика кончается. Две тысячи лет назад её сочли достаточно ненужной, чтобы застроить. Теперь ради неё выстраивается очередь.

До воскресенья в Музее Москвы идёт ярмарка молодого искусства Blazar, спутник Cosmoscow. Главное отличие от больших ярмарок в том, что известных имён тут нет, и в этом, как ни странно, вся фишка. На Blazar художники ещё только учатся держать лицо. Здесь никто не делает вид, что ему всё равно, купят или нет. Всё смотрит на вас с таким детским выражением, будто очень хочет понравиться и совсем этого не скрывает. Качество скачет. Много вещей, после которых хочется спросить у автора: у тебя точно всё хорошо? Но уровень искренней радости от творчества тут зашкаливает. Плюс это редкий случай, когда цены не вызывают нервного смеха, а работа вполне может потом подорожать в несколько раз.

Необычная деталь на религиозной картине конца XV века. Екатерина Александрийская. Девственница, отказавшая римскому императору и за это казнённая. Колесо и меч у её ног — орудия казни. А в руках у неё книжка в форме сердца. И это не фантазия художника, такие книги правда делали. Самая знаменитая, «Шансонье Кордиформ» 1470-х годов, сейчас лежит в Национальной библиотеке Франции: красный бархат, а там, где в тексте попадается слово «сердце», писец рисует вместо него сердечко. Пятнадцатый век изобрёл эмодзи. Внутри, естественно, любовная лирика. То есть у святой девственницы в руках сборник песен о любви. Рядом плавают два лебедя. А по соседству сидит святой Иероним, который всю жизнь призывал к аскезе и удрал от мирских соблазнов в пустыню. В общем, полный бардак.